— Ну, двинулись, — объявила Ханна, выбираясь из фургона.

За нею спрыгнули на землю и все остальные. Гретхен заперла дверцу. Патрик возглавлял отряд, а Гретхен шагала рядом с Ханной.

— Замечательно, — пробормотал Патрик, приглядываясь к темноте.

Гретхен огляделась, почувствовав внезапную тревогу. В этот час улица была темной и пустынной. В окрестных домах — ни огонька. Внезапный порыв ветра бросил ей на лицо прядь волос. Безлунное ночное небо сулило бурю.

— Нужно пробраться внутрь и вернуться обратно незамеченными, — напомнил Патрик, прищелкнув языком. — Схватим Синди и смоемся. Нас никто не должен видеть.

Наконец ребята добрались до дома подруги. Патрик молча указал, что надо свернуть на задний двор. Там на траву сверху падал свет, и вокруг пролегли длинные тени. Гретхен поняла, что свет горит лишь в одном окне — на втором этаже, в спальне Синди.

Ханна приблизилась к двери и, наклонившись, вытащила что-то из-под цементного крыльца.

— Видали? — прошептала она.

В руках у нее был ключ от двери.

По двору пробежал холодный ветер, и Гретхен поежилась. «В этом году март свирепый, словно лев», — подумала она и поплотнее закуталась в свою легкую курточку, сожалея, что не оделась потеплее. Засунув руки в карманы, она стала ждать, когда Ханна справится с замком. Но, заправляя выбившуюся за ухо прядь волос, вновь поймала на себе взгляд Джексона. «Да что ему надо?»— подумала Гретхен, однако тепло улыбнулась ему, надеясь получить в ответ такую же улыбку.

Только парень не поддержал ее и просто уставился в землю, а затем и вовсе отвернулся.

«Ничего не понимаю, — подумала Гретхен. — Я стараюсь держаться как можно дружелюбнее, а он ведет себя так, будто не хочет иметь со мной дела. Ладно же, Джексон. Играй в свою игру. Но я все равно буду с тобой приветлива. Какой же ты все-таки странный…»